Проблемы с чтением и письмом при СДВГ: «Ваш ребенок невнимателен и не старается!»

Если в США СДВГ-дети — это «особые» дети, то в России — невоспитанные хулиганы, которых нужно убрать подальше от нормальных детей, чтобы не мешали учиться.
Я с неким душевным трепетом слушала однажды в предбаннике спортивной секции, как одна родительница рассказывала другим сочувствующим родителям, что, де, учился некий гиперактивный мальчик, который «всем мешал», в их классе, родители все были очень недовольны мальчиком, скооперировались, и то ли в вацап-группе, то ли на родительском собрании потребовали, чтобы мальчика перевели в другой класс, учительница их поддержала, мальчика куда-то там перевели, и наконец-то все вздохнули спокойно. (Надо сказать, что этот подслушанный рассказ очень сильно подвинул мое мышление в сторону домашнего обучения.)

Диагноз СДВГ  российским педагогам не говорит ровным счетом ни о чем, и никакого «особого» статуса детям не дает. Вы можете сколько угодно размахивать заключениями неврологов и психиатров (о том, к каким специалистам и за чем обращаться, я писала в предыдущем материале), но для 99 учителей из 100 ваш ребенок — такой же, как все остальные дети. Только «не умеет себя вести», и «если бы старался, был бы отличником».
 
Случаи, когда педагог понимает, какой ребенок ему достался — настолько редкие, что можно записывать в Красную книгу. Чаще всего, даже если педагог открыто заявляет об умении ладить с «особыми» детьми, родителям может влететь за то, что «ребенок витает в облаках», «не слушается», «ничему не хочет учиться», и т.д. Причем, там, где родителю может быть видно огромный прогресс, педагог может придерживаться точки зрения, что «все очень плохо», потому что прогресс сдвг-шки на фоне «нормальных» детей прогрессом вообще не выглядит.
Здесь очень важно понимать, что найти идеальную среду — нереально!! И не нужно этим заниматься, дорогие коллеги. Идеальной среды нет — там, где ваши проблемы понимают, стоит огромная очередь из таких же, как вы, а рядом очередь еще побольше — из более «срочных» и «тяжелых» случаев. Среду нужно подстраивать под себя. Каждый раз идти к педагогу и объяснять, что ребенок — вот такой, там где ровесник все сделал на «отлично», сдвг-шке нужно повторить раз 100, и, может быть, на 200-й раз он поймет. А может и не поймет — вот так он устроен.
Сдвг-дети плохо учатся не потому, что «недостаточно стараются» или «смотрят в окно» — они действительно не могут осилить что-то, что с легкостью дается их сверстникам. И ведут они себя плохо не потому, что их мама с папой не воспитали, а потому что не всегда способны контролировать эмоциональные реакции. Грубо говоря, в этом и заключается кардинальная разница с хулиганами и двоечниками — сдвг-шки делают все это не нарочно и они не могут это контролировать.
В американских книгах, которые я читала про воспитание детей с СДВГ (легко ищутся на amazon.com по ключевому слову ADHD — Attention Deficit Hyperactivity Disorder), огромное внимание уделяется родителям — в таких книгах, как правило, много места отводится тому, чтобы разъяснить — вы не виноваты в том, что ваш ребенок такой. Да, вы каждый раз вздрагиваете, когда ваш телефон звонит и высвечивается номер классного руководителя, и вы понимаете, что вас опять будут вызывать в школу «на кофер» — но вашей личной вины в том, что ваш ребенок такой, нет.
Но вернемся к проблемам дислексии и дисграфии. Как объясняют российские педагоги и люди, далекие от педагогики то, что ребенок не может читать и пишет с жуткими ошибками? Как правило, одинаково — «недостаточно старается», «вроде умный ребенок, а витает в облаках», «вы с ним мало занимаетесь дома». Вот за это «мало занимаетесь дома» мне иногда хочется применить грубую физическую силу — потому что занимаемся мы много, и по младшему ребенку я очень хорошо вижу, что такое, когда с ребенком прицельно не занимаешься вообще, а он сам читает слоги и складывает в пределах пяти (что для трехлетки очень даже рано!). Среднестатистическому ребенку не нужны сверхусилия для того, чтобы начать читать и писать, когда придет время — дети просто начинают это делать, кто-то пораньше, кто-то в 6-7 лет.
У СДВГ-шек время тоже приходит, но ощутимо позже. Прогресс у таких детей очень медленный и еле заметный — и это не потому, что они «мало стараются», а потому что они действительно не могут. Мне очень понравилось описание дислексии в одном из западных источников: «я никогда не мог быстро читать, потому что все эти буквы разбегаются в стороны и я не могу собрать их взглядом».
В следующий раз я обещаю вам написать о том, что делают с дислексиками западные педагоги.